– А он и испарился неделю назад. Непонятно, почему заметка только сейчас появилась. Как будто ее специально мариновал кто-то.

– Я думаю, не специально. У газетчиков же как? Для убийства место на полосе всегда найдется. А про ограбление, тем более такое, напишут только тогда, когда больше писать не о чем… А что, Антон и в самом деле вообще исчез?

Леня кивнул:

– Угу. Ни в общаге не светился, ни в универе. И мобила вырублена.

– Может, домой к себе уехал? Откуда он родом?

– Из Ярославля. Но я родакам его уже звонил, номер Тохин домашний знаю. Поговорил я с предками аккуратненько, чтоб не беспокоить. Я, мол, из Англии с практики вернулся, вот Старостина ищу. А они дико удивились: он, говорят, в Москве - учится.

– А ты не спросил, когда он последний раз родителям звонил?

– Спросил. Ровно восемь дней назад. Как раз в день перед исчезновением.

– И они не волнуются?

– До моего звонка не начинали. Что у него мобильник молчит, их не удивляло: Тошенька, говорят, у нас такой рассеянный, вечно забывает баланс пополнить.

– Может, он с девушкой какой-нибудь познакомился? И завис у нее?

– Как-то за ним раньше не водилось подобных зависаний.

– Все когда-то бывает в первый раз, - глубокомысленно протянула Катя, сама не очень веря в подобное объяснение. - А в милиции что говорят?

– Ищут, - развел руками Ленчик. - Сами хотят Антона допросить по факту нападения на охранника и агентство.

– Ну, всем известно, как наша милиция рьяно работает.

– Вот и я о том же.

– О чем - о том же? - прищурилась Катя.

– Да пора уже, чтобы за дело Антона взялся настоящий профессионал!

– Ты на Пашу Синичкина намекаешь?

– Именно. На него.

Тон Екатерины заледенел.

– Ну и обращайся к нему сам.

– Он же не мой бойфренд, - надул губки Лелик, - а твой.

– Он мой бывший бойфренд.

– Какая разница!